Проблема коррупции – в наших головах
Проблема коррупции – в наших головах
25.02.2010 18:24
20 млрд долларов ежегодно оседает в карманах взяточников… Такую российскую статистику привели вчера на Координационном совете при Управлении Минюста РФ в республике. А наши, североосетинские, цифры, интересно, каковы?..
Такая история: работала когда-то в одном из наших вузов некая тетя Тая. Не слишком высокую должность занимала, однако при всем при том очень активно “помогала” студентам сдавать экзамены и зачеты во время сессии. Так вот, когда один из фактов небезвозмездной помощи дошел до руководства вуза, и тетю Таю вежливо попросили покинуть работу, студенты собрали в ее поддержку 300 подписей!
История правдивая, из жизни, была рассказана вчера на заседании Координационного совета при Управлении Министерства юстиции России по Северной Осетии Станиславом Кесаевым, первым заместителем председателя республиканского парламента и по совместительству преподавателем вуза.
На заседании, где обсуждали проблемы реализации антикоррупционного законодательства, эти примеры были весьма кстати...
– Видите ли, коллеги, проблема коррупции – у нас в головах, – отступив от сухих юридических формулировок, отметил в своем докладе Станислав Кесаев. – Взяткополучатель ведь появляется только там и тогда, когда есть взяткодатель. А у нас уже в обычной жизни дают и берут взятки, даже не поморщившись, не считая это действие преступлением. По оценкам экспертов, ежегодно российскому бюджету коррупция наносит ущерб в размере 20 миллиардов долларов. А некоторые специалисты утверждают, что для того, чтобы получить цифру, приближенную к реальному положению дел, эти 20 миллиардов еще нужно умножить на пять… Представляете масштабы?
Да что там представлять, если у нас даже перед визитом к врачу на всякий случай запасаешься энной суммой…
– Чтобы исключить из практики факты коррупции, надо внимательнее подходить к принимаемым нормативно-правовым актам, – считает председатель Координационного совета, начальник Управления Министерства юстиции РФ по РСО–А Медея Элдзарова. – На это и направлена деятельность нашего ведомства. Принят ряд законодательных актов, разработан план мероприятий, позволяющих нам эффективно работать в антикоррупционном направлении. В 2009 году в проектах 9 нормативно-правовых актов, представленных нам на экспертизу – в том числе и антикоррупционную – были выявлены коррупциогенные факторы. Мы их вернули. Законодатель или министерство, подготовившие постановление, должны доработать документы, а потом они уже пройдут всю необходимую дальнейшую процедуру.
Зачем это нужно? Медея Элдзарова привела такой пример: в законодательстве, регулирующем правила застройки населенных пунктов, значатся слова, смысл которых в том, что орган, контролирующий застройку и выдающий разрешение на проведение строительных работ, может отказать застройщику в разрешении, если у последнего документация не в идеальном состоянии. Скажем, не доработан проект… Это – опять же к примеру. Оказывается, коррупционный подвох кроется в слове “может”. Стало быть может отказать, а может и разрешить… Тут, видимо, расчет на то, с какой стороны к чиновнику подойдет застройщик…
Словом, стартовать, по мнению председателя Координационного совета, надо именно с этой точки: сначала исключить какую бы то ни было двойственность из законодательных актов, постановлений. А потом уже работать с преступившими закон по всей его строгости.
С этим утверждением не поспоришь. Но с тем фактом, что наступление на проблему, поглотившую целое огромное государство, с одной только законодательной стороны будет явно недостаточным. Тут биться придется на всех фронтах. Например, напомнили участники заседания, надежду подает проект «электронного правительства». Некому будет взятки давать. И брать их никто не сможет…
– У нашего брата такой изощренный ум – он и с «электронным правительством» договориться сможет, – иронизирует Медея Элдзарова.
И такой вариант развития событий вероятен… Но, уверены члены Координационного совета, это не повод сидеть сложа руки. Есть теперь необходимая законодательная база, есть рычаги влияния, есть – главное: желание работать. И есть первые результаты. А проблемы реализации антикоррупционного законодательства – решаемы.